Не строй иллюзий, стр. 23

— Уже нет никакой проблемы. Я ушла от своего мужа сегодня утром.

— Вы шутите? — не поверила Триша. — Как же у вас силы нашлись?

— Просто у меня лопнуло терпение. Он ведь и изменял мне тоже. Но за это я его не корила.

— Да как же так?

— Ну что поделаешь… — Сальма передернула плечами. — Разумеется, я очень страдала, но молчала. Позволяла ему иногда развлекаться на стороне. Правда, из-за этого он окончательно обнаглел и даже перестал прятаться от меня. Но, Триша, поймите, мужчины по сути своей полигамны. Если муж вас любит, искренне заботится, обеспечивает, то какая разница, есть ли у него интрижки на стороне? Настоящие проблемы начинаются, когда мужчина влюбляется в другую. Вот этого вы не должны допустить.

— Но, Сальма, я ведь ему верила все эти годы… Он не давал ни малейшего повода для ревности.

— Может быть, вы не хотели ничего замечать?

Триша замолчала, потому что вернулась Мадлен. Та, по всей видимости, полностью пришла в себя и решила, что никто не заметил ее метаний.

— Еще по бокалу мартини? — спросила она.

Сальма и Триша переглянулись и поняли друг друга без слов.

— Мне что-то нехорошо. Наверное, будет лучше, если я вернусь домой, — сказала Триша. — Извините, что позвала вас, а сама так быстро ухожу.

— Ничего страшного, — лучезарно улыбнулась Сальма. — На самом деле, я тоже заскочила сюда лишь на полчасика. Вы как, Мадлен, остаетесь?

Та стрельнула глазами по сторонам и улыбнулась.

— Пожалуй, я ненадолго задержусь. Пока, девочки!

— Осталась в надежде познакомиться с кем-нибудь, — сказала Триша Сальме, когда они вышли из бара. — Она всегда так делает.

— Не очень приятная женщина. Извините, если оскорбляю ваши чувства.

— Нет-нет, — отмахнулась Триша. — Я сама ее всегда недолюбливала. Но мне так нужно было немного развеяться сегодня…

— А получилось совсем наоборот, — огорчилась Сальма.

— Здесь неподалеку есть еще один бар. Может быть, нам…

— Я хотела предложить то же самое! Триша, не переживайте так, все образуется. Ах, я чувствую себя виноватой…

Триша взяла ее под руку, и они зашагали по мостовой.

— Это хорошо, что я все наконец-то узнала. Теперь мне просто нужно подумать, как жить дальше.

9

Не то чтобы очень плохо… Но и оценку «отлично» я поставить не могу, рассуждала Бланш, лежа в кровати Дункана.

Сказать по правде, он ее несколько разочаровал. Да, были страстные поцелуи и пылкие объятия, но… Все закончилось как-то уж очень стремительно.

А сам Дункан, судя по всему, даже не заметил недовольства партнерши. Он лежал, раскинув руки, и блаженно улыбался.

Забавный какой, подумала Бланш, взглянув на него. Неужели всегда будет так… быстро? Возможно, у него давно не было женщины? Этим можно было бы объяснить молниеносность процесса.

Она повернулась к нему и принялась ласкать, чтобы выяснить, каким будет второй раз. Ровно через десять минут все снова было кончено. Бланш не знала, плакать ей или смеяться.

Как же она в нем ошиблась! А с виду такой крепыш… Или он считает, что главное не качество, а количество? Но если бы она не проявила инициативу, он бы так и уснул.

— Скажи, у тебя было много женщин? — спросила Бланш, выводя пальцем невидимые узоры на его груди.

Он виновато взглянул на нее.

— Не могу сказать, что я избегаю сексуальных контактов.

— Это значит — да?

— Почему ты спрашиваешь?

— Мне просто любопытно, вот и все. — Бланш попыталась улыбнуться, но потерпела позорное фиаско.

Однако, кажется, Дункан списал ее кислое выражение лица на признаки зарождающейся ревности. Он поцеловал Бланш в губы.

— Милая, не стоит беспокоиться об этом. Я никогда не встречаюсь с несколькими женщинами одновременно. Предпочитаю сначала закончить одни отношения, прежде чем начать другие.

— И все же? — не унималась она. — Сколько женщин было в твоей жизни?

— Ты же знаешь, я очень богат… Многие сами прыгают ко мне в постель, даже если я не очень-то этого хочу. Так что… Да, у меня было много женщин.

— И все были довольны? — вырвалось у нее.

Дункан помрачнел. Он приподнялся и прикрылся простыней, словно внезапно замерз.

— Что-то не так?

Бланш поняла, что совершила огромную ошибку. Каким бы отвратительным любовником ни оказался мужчина, нельзя говорить ему об этом. Можно подсказать, что и как делать, мягко намекнуть на недостатки, но ни в коем случае не показывать свое неудовлетворение.

Она обняла его, заискивающе улыбнулась и нежно произнесла:

— О чем ты, Дункан? Конечно же все в порядке. Ты просто супермен! Прости мне мое любопытство. Я подумала: если этот мужчина доставил мне неземное удовольствие, значит, остальные женщины в его объятиях чувствовали то же самое. А это означает, что мне придется побороться за тебя с другими претендентками на роль твоей любовницы.

Дункан немного смягчился, хотя видно было, что он не до конца поверил ее словам.

— Бланш, я уже объяснил тебе, что бороться не с кем. Я не стану изменять тебе.

— Все в порядке, милый. — Она поцеловала его в нос. — Не нужно оправдываться. Ты волен делать все, что захочешь. И ты не обязан докладывать мне обо всем, что происходит в твоей жизни. В том числе и в личной. Я пойду в душ, хорошо?

Бланш поспешила выпорхнуть из постели и скрыться в ванной комнате. Необходимо быть очень осторожной, чтобы не оскорбить Дункана и не унизить. А еще нужно подумать, нужен ли ей мужчина, секс с которым не приносит удовлетворения?

Бланш решила дать ему еще один шанс. Или два. В общем, ровно столько, сколько нужно, чтобы убедиться, способен ли Дункан на нечто большее, чем десятиминутный секс.

Когда она вышла из душа, ее любовник уже крепко спал. Бланш присела на кровать рядом с Дунканом и легонько коснулась его плеча.

— Дорогой!

Он открыл глаза и испуганно уставился на нее, а потом зевнул.

— Я задремал, да?

— Мне нужно идти, — сказала Бланш.

— Что? Уже? Но ты можешь остаться до утра.

— Если честно, я не привыкла засыпать в чужой постели.

— Как скажешь, — проворчал он и начал одеваться. — Я вызову тебе такси.

— Спасибо. — Бланш отвела глаза.

Ей было неловко. Между ними чувствовалось отчуждение. Наверное, Дункан все еще не мог забыть ее странного замечания.

— А хочешь завтра побывать у меня в офисе? — вдруг спросил он. — Я знаю, ты интересуешься всем новым. Могу показать, как работают журналисты желтой прессы.

— С удовольствием! — обрадованно произнесла Бланш и подошла к нему, чтобы обнять. — Дорогой, я хочу, чтобы ты знал: мне очень хорошо с тобой. И я буду рада продолжить наше общение.

— Вот и отлично! — Дункан улыбнулся и поцеловал ее. — Кстати, я покажу тебе фотостудию. Это моя гордость. Там полно потрясающих декораций.

— Ты увлекаешься фотографией?

— Да, я даже могу назвать себя профессионалом, — гордо произнес Дункан. — Хочешь, устроим завтра фотосессию? Можно даже эротического характера.

— О нет, к этому я не готова! — возразила Бланш.

— Глупышка. Там ведь будем только ты и я. Впрочем, поговорим об этом завтра, о'кей?

Бланш немного повеселела. Кажется, Дункан раздумал обижаться. Что ж, это полностью ее устраивает. В конце концов, она ему ничего не должна и ничем не обязана. Вот прояснит окончательно ситуацию с сексом, и тогда уж будет думать о том, остаться ли ей с этим мужчиной или вплотную заняться Чарльзом.

— Как прошел вечер? — спросила Сальма, входя в комнату подруги с подносом в руках.

— Замечательно. — Бланш потянулась и вздохнула. — Который сейчас час?

— Почти полдень. Ты соня.

— А где Кристин?

Сальма поставила поднос и уперла руки в бока.

— А я разве плохая горничная? Тебя что-то не устраивает?

— Ты еще хуже, чем она, — улыбнулась Бланш. — Вы бы нашли общий язык, если бы начали общаться.

Сальма присела на кровать рядом с подругой и взяла с подноса булочку.